Достижение непрерывности сознания.

RUDOLF-STEINER.RU

Библиотека
антропософского движения
   
Главная

Каталог ПCC Р. Штейнера (GA)

Как достигнуть познания высших миров? GA_010

Достижение непрерывности сознания.

ДОСТИЖЕНИЕ  НЕПРЕРЫВНОСТИ  СОЗНАНИЯ.


Жизнь человека протекает в смене трех состояний. Это суть: бодрствование, сон со сновидениями и глубокий сон без сновидений. Можно понять, каким образом достигают высших познаний, если составить себе представление об изменениях, происходящих относительно этих трех состояний у искателя высших познаний. Пока человек не прошел через школу, ведущую к этим познаниям, его сознание постоянно прерывается промежутками сна. В эти промежутки душа ничего не знает, как о внешнем мире, так и о себе самой. Только по временам из общего моря бессознательности всплывают сновидения, имеющие связь с процессами внешнего мира, или состояниями собственного тела. Обычно в сновидениях видят только особое проявление жизни сна, и поэтому вообще говорят только о двух состояниях: сна и бодрствования. Но для тайноведения сновидение имеет самостоятельное значение наряду с двумя другими состояниями. В прошлой главе было описано, какое изменение происходит в жизни сновидений у человека, начинающего восходить к высшему познанию. Его сновидения теряют свой незначащий, бессвязный и беспорядочный характер и все более переходят в проникнутый правильностью и связью мир. При дальнейшем развитии этот новый мир, родившийся из мира сновидений, не только не уступает по своей внутренней правде внешней чувственной действительности, но в нем открываются еще факты, представляющие собой, в полном смысле слова, высшую действительность. В чувственном мире повсюду скрыты загадки и тайны. В нем действительно обнаруживается проявления некоторых высших фактов: однако, человек, ограниченный одним чувственным восприятием, не может проникнуть к причинам. Духовному ученику, в описанном, возникшем из сновидений, но отнюдь у него не постоянном состоянии частично открываются эти причины. - Правда, он не может рассматривать эти откровения, как действительные познания, пока те же самые вещи не явятся ему и в обыкновенной бодрственной жизни. Но он достигает и этого. Развитие его направляется на то, чтобы состояние, созданное им сначала из сновидческого, переносит затем и в бодрствующее сознание. Тогда чувственный мир обогащается для него чем-то совершенно новым. Как для человека, родившегося слепым и после операции ставшего зрячим, окружающий мир обогащается всеми восприятиями, доступными глазу, так и человек, достигший таким образом ясновидения, созерцает весь окружающий его мир наделенным новыми свойствами, вещами, существами и т.д. Теперь ему не нужно дожидаться сновидения, чтобы ожить в другом мире; он может всегда, когда это будет уместно переходить в описанное состояние, поднимаясь к высшему восприятию. Это новое состояние имеет у него тогда , по сравнению с прежним, такое же значение, какое в обыкновенной жизни имеет восприятие вещей при деятельности органов чувств, по сравнению с восприятием при из бездействии. Можно в истинном смысле сказать: духовный ученик открывает органы чувств своей души и созерцает вещи, которые для телесных чувств принуждены оставаться скрытыми.


Но это состояние служит ученику лишь переходом к более высоким ступеням познания. Если он будет продолжать предписанные ему его оккультной школой упражнения, то через некоторое время он найдет, что не только с его ясновидческой жизнью происходит описанная решительная перемена, но что превращение распространяется также и на лишенный дотоле сновидений глубокий сон. Он замечает, что полная бессознательность, в которой он находился прежде во время такого сна, прерывается единичными сознательными переживаниями. Из общего мрака сна всплывают восприятия такого рада, каких он раньше не знал. Конечно, не легко описать эти восприятия, ибо наш язык создан ведь только для чувственного мира, и поэтому можно только приблизительно подыскать слова для обозначения того, что совсем не принадлежит к этому чувственному миру. Тем не менее, для описания высших миров вначале приходится пользоваться словами. Этого достигают только таким путем, что многое выражают при помощи сравнений, а так как в мире все находится в родственной связи друг с другом, то это оказывается возможным. Вещи и существа высших миров настолько все-таки сродни вещам чувственного мира, что при доброй воле всегда можно составить себе известное представление об этих высших мирах даже и при помощи слов, относящихся в чувственному миру. Надо только всегда иметь в виду, что при подобных описаниях сверхчувственных миров многое должно иметь значение сравнения и символа. - Поэтому само духовное обучение производится лишь отчасти при помощи слов обыкновенного языка; для остального же ученик изучает при своем восхождении еще другой, непосредственно понятый ему символический способ выражения. Его необходимо усвоить себе во время самого духовного ученичества. Но это не мешает тому, чтобы при помощи обыкновенных описаний, какие даются здесь, можно было получить некоторое понятие о природе высших миров.


Желая дать представление о вышеупомянутых переживаниях, впервые всплывающих из моря бессознательности во время глубокого сна, лучше всего можно сравнить их как бы своего рода восприятиями слуха. Можно говорить о восприятии звуков и слов. Подобно тому, как переживания сновидений, если сравнивать из с восприятиями чувств, можно определить как своего рода созерцания, так факты глубокого сна допускают сравнение с впечатлениями слуха. (В качестве побочного замечания надо сказать, что и для духовных миров созерцание стоит выше. Краски и в этом мире являются чем-то более высоким, чем звуки и слова. Но ученик воспринимает из этого мира при своем обучении, вначале не высшие краски, а низшие звуки. По своему общему развитию человек бывает несколько более приспособлен к миру, открывающемуся ему в сновидениях, и только поэтому он сразу же воспринимает в нем краски. Для более высокого мира, который раскрывается в глубоком сне, он еще менее бывает готов; почему мир и открывается ему прежде всего в звуках и словах; позднее он может и здесь подняться до форм и красок).


Когда ученик заметит, что в глубоком сне у него появляются подобные переживания, тогда задача будет прежде всего в том, чтобы сделать их более отчетливыми и ясными. Сперва это дается с большим трудом, так как воспоминания о них в бодрственном состоянии остается сначала чрезвычайно слабым. Правда, при пробуждении человек знает, что он что-то пережил, но что именно - это остается совершенно смутным. Самое важное во время этого начального состояния - оставаться спокойным и невозмутимым, и ни на одно мгновение не впадать в какое-либо беспокойство и нетерпение. Это во всяком случае принесло бы только вред. Беспокойство и нетерпение не могут ускорить дальнейшего развития, но неизбежно замедлят его. Надо, так сказать, спокойно отдаться тому, что тебе дается или даруется, от всякой насильственности надо отказаться. Если в данный момент не удается вспомнить о переживаниях во время сна, то надо терпеливо ждать, пока это окажется возможным. Ибо этот момент когда-нибудь настанет. И если ученик был раньше терпелив и спокоен, то способность воспоминания останется у него прочным достижением, между тем как при насильственном поведении она хотя в свое время и наступит, но затем может быть снова совершенно утрачена и притом надолго.


Если способность воспоминания уже появилась, и переживания сна выступают перед бодрствующим сознанием совершенно ясно и отчетливо, тогда надо обратить внимание на следующее. Среди этих переживаний можно различить совершенно точно два рода. Один род переживаний покажется совершенно чужим по сравнению со всем, что когда-либо приходилось узнавать раньше. Можно сначала радоваться этим переживаниям; можно почерпать из них поучение; но в остальном лучше оставить их пока, как есть. Они - первые предвестники высшего духовного мира, в котором ученик сможет разобраться лишь позднее. Но другой род переживаний покажет внимательному наблюдателю известное сродство с обыкновенным миром, в котором он живет. О чем он размышляет в жизни и что хотел бы понять в окружающем мире, но чего он не может понять обыкновенным рассудком, ко всему этому эти переживания во время сна дадут ему ключ. В повседневной жизни человек размышляет о том, что его окружает. Он составляет себе представления, чтобы понять взаимную связь вещей. Он пытается постигнуть в понятиях то, что воспринимают его чувства. К таким представлениям и понятиям относятся переживания сна. То, что было раньше темным, призрачным понятием, становится теперь чем-то полнозвучным и живым, что можно сравнить только со звуками и словами чувственного мира. Для человека это все более приобретает такой характер, как если бы ему из более высокого мира нашептывались в словах и звуках решения загадок, над которыми ему приходится размышлять. И тогда он получает возможность связать приходящее к нему из другого мира с обыкновенной жизнью. То, что прежде постигалось только мысленно, становится для него теперь переживанием столь же живым и содержательным, каким только может быть какое-либо переживание чувственного мира. Дело в том, что вещи и существа чувственного мира суть не только то, чем они являются чувственному восприятию. Они - выражение и излияние духовного мира. Этот, дотоле скрытый, мир духа звучит теперь для духовного ученика из всего его окружающего.


Легко понять, что эта высшая способность восприятия только тогда может стать благодетельной для человека, если в открывшихся у него душевных чувствах все находится в порядке, подобно тому, как и свои обыкновенные органы чувств человек может употреблять для истинного наблюдения мира, конечно, только тогда, если они закономерно построены. Но высшие органы чувств человек строит себе сам посредством упражнений, которые ему указываются при оккультном обучении. К этим упражнениям принадлежит концентрация, т.е. направление внимания на совершенно определенные, связанные с тайнами мира представления и понятия. Далее, к ним принадлежит медитирование, т.е. жизнь в подобных идеях, полное погружение в них по указанному способу. Посредством сосредоточения и медитирования человек работает над своей душой. Этим он развивает в ней органы душевного восприятия. В то время, как он отдается задачам концентрации и медитации, внутри его тела растет его душа, как растет зародыш младенца в теле матери. И когда затем во время сна наступают описанные отдельные переживания, тогда приближается момент рождения для освободившейся души, ставшей благодаря этому в точном смысле слова другим существом, которое человек доводит в себе до зачатия и зрелости. - Предписания для сосредоточения и медитирования должны быть очень тщательны и их надо выполнять чрезвычайно точно, потому что они являются законами зачатия и созревания этого высшего душевного существа человека. А последнее должно быть при своем рождении гармоническим и правильно построенным организмом. Если в предписаниях оказывается какая-нибудь ошибка, то в духовной области возникает не правильно организованное живое существо, а неспособный к жизни недоносок.


Что рождение этого высокого душевного существа происходит сначала в глубоком сне, это покажется понятным, если принять во внимание, что нежный, еще мало способный к сопротивлению организм при первом своем появлении во время чувственной повседневной жизни не мог бы, конечно, никак дать знать о себе посреди могучих и резких процессов этой жизни. Его деятельность прошла бы незамеченной наряду с деятельностью тела. Во сне, когда тело покоится - поскольку его деятельность зависит от чувственных восприятий, - может проявится и эта, столь нежная и незаметная вначале деятельность высшей души. - Но опять надо заметить, что ученик не должен смотреть на переживания сна, как на вполне значимые познания, до тех пор, пока он не будет в состоянии переносить пробужденную высшую душу и в свое дневное сознание. Если он в состоянии это сделать, тогда он может воспринимать духовный мир, с присущим ему характером, также и посреди дневных переживаний и наряду с ними, т.е. он может душевно постигать в звуках и словах тайны окружающего его мира.


Но на этой ступени развития человек должен уяснить себе, что вначале он имеет дело только с отдельными, более или менее несвязными душевными переживаниями. Поэтому надо остерегаться построить себе из них какую-либо законченную, или хотя бы только связную систему познаний. Ибо тогда в душевный мир могли бы вмешаться различные фантастические представления и идеи, и человек очень легко мог бы построить себе мир, не имеющий ничего общего с действительным духовным миром. Ученик должен постоянно упражняться в строжайшем контроле над собой. Самым правильным было бы добиться все большей ясности относительно отдельных, настоящих переживаний, уже знакомых ученику, и ждать, пока совершенно непринужденно не появятся новые и как бы сама собою не установится связь их с прежними. - И тогда у духовного ученика, при применении соответственных упражнений и благодаря силе духовного мира, в который он теперь уже вступил, начинается захватывающее вокруг себя все большие области расширение сознания в глубоком сне. Все больше переживаний начинает выступать из бессознательности и все меньше промежутки жизни во сне остаются бессознательными. Тогда все больше сама собой устанавливается связь между отдельными опытами, сделанными во сне, причем настоящая связь их не нарушается всевозможными соображениями и заключениями, проистекающими лишь из привыкшего к чувственному миру рассудка. Но чем меньше мысленных привычек чувственного мира будет неправомерно вмешиваться в эти высшие переживания, тем лучше. При таком поведении человек все больше и больше приближается в той ступени на пути к высшему познанию, на которой состояния, протекавшие лишь совсем бессознательно во сне, превращаются в совершенно сознательные. Тогда, во время отдыха тела, он продолжает жить точно так же в действительности, как это бывает при бодрствовании. Излишне прибавлять, что во время самого сна ученик сначала имеет дело с другой действительностью, отличной от окружающего чувственного мира, в котором находится тело. Ибо человек учится и должен учится - дабы продолжать твердо стоять на почве чувственного мира и не сделаться фантастом - связывать высшие переживания сна с окружающим чувственным миром. Но первоначально переживаемый во сне мир является совершенно новым откровением. - В тайноведении эту важную ступень, состоящую в сознательности во время сна, называют постоянством (непрерывностью) сознания. (Описанное здесь состояние является на известной ступени развития своего рода "идеалом", лежащим в конце долгого пути. Сначала ученик бывает знаком только с двумя состояниями - с сознанием при таком душевном строе, при котором у него прежде были возможны только беспорядочные сновидения, и с сознанием при другом строе, при котором был возможен только бессознательный сон без сновидений. Затем он узнает и третье состояние, хотя, само собой разумеется, ему никогда не удастся совершенно перестать платить дать обыкновенному сну).


У человека, достигшего этой ступени, опыт и переживание не прекращаются и в те промежутки времени, когда его физическое тело покоится и чувственные органы не доставляют душе никаких впечатлений.





Назад       Далее      

  Рейтинг SunHome.ru