Расщепление личности во время духовного ученичества.

RUDOLF-STEINER.RU

Библиотека
антропософского движения
   
Главная

Каталог ПCC Р. Штейнера (GA)

Как достигнуть познания высших миров? GA_010

Расщепление личности во время духовного ученичества.

РАСЩЕПЛЕНИЕ  ЛИЧНОСТИ  ВО  ВРЕМЯ  ДУХОВНОГО  УЧЕНИЧЕСТВА.


Во время сна человеческая душа не получает сообщений со стороны физических органов чувств. Восприятия обыкновенного внешнего мира не притекают к ней в этом состоянии. Она находится в известном отношении действительно вне той части человеческого существа, которая называется физическим телом и которая во время бодрствования обуславливает восприятия чувств и мышление. Она сохраняет тогда связь лишь с более тонкими телами (с эфирным и с астральным), ускользающими от наблюдения физических чувств. Но деятельность этих более тонких тел не прекращается во время сна. Подобно тому, как физическое тело состоит в связи с вещами и существами физического мира и как оно испытывает воздействия с их стороны и само воздействует на них, также живет и душа в высшем мире. И эта жизнь продолжается во время сна. Действительно, во время сна душа пребывает в полной подвижности. Но только человек ничего не может знать об этой своей собственной деятельности, пока у него не будет высших органов восприятия, благодаря которым он может так же хорошо наблюдать во время сна все, происходящее вокруг него и совершаемое им самим, как он наблюдает посредством своих обыкновенных чувств в дневной жизни, в окружающем его физическом мире. Оккультное обучение состоит (как было показано в предыдущих главах) в выработке этих духовных органов чувств.


Из таких примеров, как нижеследующий, можно уяснить себе из области сновидений и сна, каким образом с ее более тонкими телами развивает свою деятельность в промежутки покоя физического тела. Приводимый здесь пример не есть какая-нибудь выдуманная "нянюшкина сказка", а действительный случай из жизни, проверенный при помощи всех приемов и со всеми предосторожностями, вменяемыми в обязанность ясновидческому исследованию. И приводится он не для так называемого доказательства, а для наглядного пояснения (Это говорится здесь по той причине, что суеверие материалистического мировоззрения при сообщении о подобных фактах всегда спешит возразить, что эти случаи ничего не доказывают. Ибо с точки зрения этого суеверия они все основаны на заблуждении и неточных наблюдениях. В ответ на это надо подчеркнуть, что ясновидческое исследование вовсе не нуждается в таких косвенных "доказательствах". Его знание получается непосредственно через высшее созерцание. Но оно пользуется соответствующими фактами для пояснения того, что оно хочет сказать. Для установления своих истин у него есть совсем другие средства, чем какими пользуется материалистическая школьная мудрость, когда хочет непререкаемо изложить свои факты).


Одному молодому человеку предстоял экзамен, который должен был иметь решающее значение для всей его будущей жизни. Он долгое время напряженно работал и поэтому накануне строгого испытания был чрезвычайно утомлен. На следующий день он должен был ровно в восемь часов утра предстать перед своей экзаменационной комиссией. Он хотел спокойно проспать ночь перед решением, но боялся, что вследствие усталости не сможет сам проснуться вовремя. Поэтому он позаботился, чтобы жившее в соседней комнате лицо, разбудило его в шесть часов стуком в дверь. Таким образом, успокоенный, он мог заснуть. Однако утром он проснулся не от того, что его разбудил сосед, а вследствие сновидения. Он услыхал шесть громких выстрелов из ружья и при шестом проснулся. Его часы - которые были без боя - показывали шесть часов. Он оделся, а через полчаса сосед постучал к нему в дверь. На самом деле только теперь было шесть часов. Ибо его часы за ночь случайно ушли вперед на полчаса. Разбудившее его сновидение руководилось, таким образом, неверно идущими часами. - Что же произошло здесь? Душа молодого человека оставалась деятельной во время сна. Благодаря тому, что с вечера он направил свою душевную деятельность на часы, связь между душой и часами оставалась всю ночь. И утром душа сама, можно сказать, стояла на "шести", как и часы. И эта деятельность души сообщилась человеку благодаря описанному символическому сновидению, которым он был пробужден. О "случайном" пробуждении, благодаря дневному свету или чему-либо подобному, не может быть речи, ибо душа сообразовывалась ведь не с действительным временем, а с неверно идущими часами. Итак, душа бодрствовала, как верный страж, в то время, как физический человек спал. - Таким образом, во сне отсутствует не деятельность души, а сознание этой деятельности.


Когда же благодаря духовному ученичеству, жизнь сна у человека изменяется в том смысле, как это было описано в прошлой главе, то он получает возможность сознательно следить за всем, происходящем вокруг него; он может свободно ориентироваться в окружающем его мире, как это бывает с его переживаниями во время бодрствования в повседневной жизни, благодаря обыкновенным органам чувств. Если бы молодой человек в вышеупомянутом примере был ясновидящим, он мог бы сам во время сна наблюдать часы и сам разбудить себя. При этом надо однако заметить, что восприятие обычного окружающего мира чувств предполагает уже более высокую степень ясновидения. (На это уже было указано в предыдущей главе). В начале развития духовный ученик воспринимает только вещи, принадлежащие к другому миру, не будучи еще в состоянии уловить их связи с предметами окружающей его повседневной чувственной среды.


Эти явления, выяснившиеся нам на приведенных характерных примерах из жизни сновидений и сна, постоянно имеют место у человека. Душа живет непрерывно в высших мирах и пребывает деятельной в них. Она черпает их этих высших миров побуждения, посредством которых она постоянно воздействует на физическое тело. Но только для человека эта его высшая жизнь остается бессознательной. Духовный же ученик доводит ее до сознания. Через это его жизнь вообще изменяется. Пока душа не стала видящей в высшем смысле, она ведется стоящими выше ее мировыми существами. И как жизнь слепого, прозревшего благодаря операции, становится иной, чем она была прежде, когда он принужден был полагаться на водительство, так изменяется и жизнь человека благодаря оккультному обучению. Он вырастает из этого водительства и должен отныне сам взять на себя водительство собою. Как только это наступает, он, понятно, становится подвержен заблуждениям, о которых и не подозревает обыкновенное сознание. Он действует теперь из того мира; откуда прежде бессознательно для него самого влияли на него высшие силы. Эти высшие силы подчинены всеобщей мировой гармонии. Теперь ученик выступает из этой мировой гармонии. Отныне он должен сам совершать вещи, которые раньше совершались за него, без его содействия.


В виду этого в книгах, касающихся этих вопросов, много говорится об опасностях, связанных с восхождением в высшие миры. Описания этих опасностей, которые в них нередко можно встретить, действительно способны внушить робким натурам трепет при мысли об этой высшей жизни, но надо сказать, что эти опасности угрожают только тогда, когда человек пренебрегает необходимыми мерами предосторожности. Если же он действительно соблюдает все советы, сообщаемые при истинном духовном обучении, тогда восхождение хотя и проходит через переживания, по силе и величию превосходящие все, что может нарисовать себе самая смелая фантазия человека, ограниченного областью внешних чувств, но о вреде для здоровья или для жизни не может быть и речи. Человек знакомится с ужасными, со всех сторон угрожающими жизни силами. Он сам получает возможность пользоваться некоторыми силами и существами, недоступными для чувственного восприятия. И велико бывает искушение овладеть этими силами, чтобы заставить их служить своим собственным запретным интересам, или применить эти силы ошибочно вследствие недостаточного знания высших миров. Некоторые из этих особенно значительных переживаний (например, встреча со "Стражем порога") будут описаны в следующих главах. - Но следует все-таки помнить, что эти жизневраждебные силы существуют и тогда, когда человек о них ничего не знает. Правда, их отношение к человеку определяется тогда высшими силами, и это отношение изменяется, когда человек сознательно вступает в этот скрытый от него дотоле мир. Но зато повышается и собственное его бытие, а его жизненный круг обогащается новой, необозримой областью, действительная опасность наступает только тогда, когда духовный ученик, по нетерпению или нескромности, слишком рано присваивает себе некоторую самостоятельность по отношению к опытам высшего мира, или не хочет подождать, пока он действительно получит достаточное прозрение в сверхчувственные законы. В этой области смирение и скромность имеют еще больше значения, чем в обыкновенной жизни. Если же эти качества, в их лучшем смысле, присущи ученику, то он может быть уверен, что его восхождение в высшую жизнь совершится без опасности для всего, что обычно называют здоровьем и жизнью. - Прежде всего не должно возникать никакой дисгармонии между высшими переживаниями и между процессами и требованиями повседневной жизни. Задачу человека надо искать непременно на этой земле. И кто хочет уклониться от священных задач на земле и спастись бегством в иной мир, тот может быть уверен, что он не достигнет своей цели. - Но то, что воспринимается внешними чувствами, есть лишь часть мира. И существа, выражающие себя в фактах чувственного мира, находятся в мире духовном. Необходимо приобщиться к духу, чтобы быть в состоянии переносить его откровения в мир чувств. В этом состоит его задача. И стремиться к восхождению в высшие миры он должен только потому, что чувственная земля зависит от мира духовного, и что действовать на земле он сможет поистине только тогда, если будет участником в этих мирах, в которых сокрыты творческие силы. Если приступить к духовному ученичеству, проникнувшись этим настроением, и ни на одно мгновение не отклоняться от предначертанного им направления, тогда можно не бояться решительно никаких опасностей. Человек не должен был бы допускать, чтобы мысль о предстоящих опасностях удерживала его от духовного ученичества; но возможность их для каждого должна была бы служить суровым призывом непременно усвоить те качества, которыми должен обладать истинный духовный ученик.


После этих оговорок, устраняющих все страхи, могущие отпугнуть от ученичества, можно перейти к изображению некоторых из так называемых "опасностей". Большие изменения происходят у духовного ученика в упомянутых более тонких телах. Эти изменения связаны с известными процессами развития главных душевных сил, - с волей, чувством и мышлением. Перед началом духовного обучения эти три силы находятся у человека в совершенно определенной, управляемой высшими законами мира, связи между собой. Человек волит, чувствует или мыслит не по произволу. Когда в сознании всплывает, например, определенное представление, то по естественным законам к нему присоединяется и известное чувство, или за ним следует закономерно связанное с ним решение воли. Человек входит в комнату, находит ее душной и открывает окно. Он слышит свое имя и идет на зов. Его спрашивают, и он отвечает. Он видит дурно пахнущий предмет и испытывает чувство неудовольствия. Вот простые связи между мышлением, чувством и волей. Но если окинуть взором человеческую жизнь, то можно найти, что все в ней построено на таких связях. Более того, самую жизнь человека считают "нормальной" только тогда, когда замечают в ней подобную связь между чувством, мышлением и волей, коренящуюся в законах человеческой природы. И если бы человек при виде дурно пахнущего предмета испытывал чувство удовольствия, или если бы он не отвечал на вопросы, то в этом состоянии усмотрели бы противоречие с законами природы. Успехи, ожидаемые от правильного воспитания или надлежащего обучения, основаны на предположении, что у воспитанника можно установить отвечающую человеческой природе связь между мышлением, чувством и волей. Если ему сообщают известные представления, то делают это в предположении, что позднее они войдут в закономерную связь с его чувствами и решениями воли. - Все это происходит от того, что в более тонких душевных телах человека центры трех сил: мышления, чувства и воли закономерно связаны между собой. И эта связь, существующая в более тонком душевном организме, отражается также и в грубом физическом теле. В нем органы воли точно также находятся в известной закономерной связи с органами мышления и чувства. Поэтому определенная мысль вызывает каждый раз соответствующее чувство или проявление воли. - Но при более высоком развитии человека нити, связывающие между собой три главных силы, разрываются. Сперва этот разрыв происходит только в описанном более тонком душевном организме; однако, при дальнейшем восхождении, это разделение простирается и на физическое тело. (Так, при высшем духовном развитии человека головной мозг действительно распадается на три отдельных друг от друга части. Конечно, это разделение таково, что оно недоступно для обыкновенного чувственного зрения и не может быть отмечено даже тончайшими чувственными инструментами. Но оно тем не менее наступает, и ясновидящий в состоянии наблюдать его. Головной мозг ясновидящего на высшей ступени разделается на три самостоятельно действующих сущности на мозг мышления, чувства и воли).


Органы мышления, чувствования и воления становятся тогда совершенно независимыми друг от друга. И их сочетание устанавливается отныне уже не присущими им самим законами, а пробудившимся высшим сознанием самого человека. - Таково изменение, замечаемое в себе духовным учеником. Оно состоит в том, что не возникает больше никакой связи между представлением и чувством или между чувством и решением воли и т.д., если ученик сам не создает этой связи. Никакое побуждение не заставит его перейти от мысли к действию, если он сам свободно не вызовет в себе этого побуждения. Отныне он способен оставаться совершенно бесчувственным перед фактом, который до его ученичества внушал ему пламенную любовь или злейшую ненависть; он может оставаться бездеятельным при мысли, которая прежде как бы сама собой воодушевляла его к действию. И он может совершать поступки из волевых решений, для которых у людей, не прошедших через духовное обучение, не оказалось бы ни малейшего повода. Великое завоевание духовного ученика состоит в том, что он достигает совершенного господства над взаимодействием этих трех душевных сил; но зато это взаимодействие ложится вполне на его собственную ответственность.


Только благодаря такому превращению собственного существа человек получает возможность вступить в сознательное общение с известными сверхчувственными силами и существами. Ибо его собственные душевные силы находятся в определенном сродстве с известными основными силами мира. Так, например, сила, заложенная в воле, способна воздействовать на определенные вещи и существа высшего мира, а также воспринимать их. Но она может делать это, только освободившись от своей связи внутри души с чувством и мышлением. Как скоро эта связь прекратилась, наступает действие воли наружу. То же самое относится и к силам мышления и чувства. Если кто-нибудь посылает мне чувство ненависти, то ясновидец видит это, как тонкое световое облако определенной окраски. И ясновидец может отклонить это чувство ненависти также, как чувственный человек отклоняет направленный на него физический удар. Но ясновидящий может воспринимать ее только благодаря тому, что он в состоянии посылать наружу силу, заложенную в его чувстве, подобно тому, как чувственный человек направляет наружу восприимчивость своего глаза. И как с ненавистью, так же происходит это и с другими, гораздо более значительными фактами чувственного мира. Человек может вступать с ними в сознательное общение путем освобождения основных сил своей души.


Но благодаря описанному разделению сил мышления, чувствования и воления, при несоблюдении предписаний духовной науки, возможно троякое отклонение в ходе развития человека. Отклонение это может наступить в том случае, если связывающие пути будут разрушены прежде чем высшее сознание с его познанием достигает способности правильно управлять браздами, устанавливающими свободное, гармоничное взаимодействие разъединенных сил. - Ибо обыкновенно все три основных силы человека в данный период его жизни не одинаково уходят вперед в своем развитии. У одного человека мышление опережает чувство и волю, у другого - какая-нибудь другая сила имеет верх над остальными. Но пока между силами сохраняется установленные высшими мировыми законами связь, до тех пор преобладание одной из них не может вызвать никакой, в более высоком смысле, помехи или неправильности. У волевого человека, например, благодаря этим законам мышление и чувство действуют все же уравновешивающим образом и препятствуют преобладающей воле впадать в чрезмерные крайности. Но когда такой волевой человек вступает на путь ученичества, тогда совершенно прекращается закономерное влияние чувства и мышления на волю, беспрепятственно побуждающую его к безмерным проявлениям своих сил. Если тогда человек окажется недостаточно развит, в смысле совершенного обладания высшим сознанием так, чтобы быть в состоянии самому устанавливать гармонию, то воля направится своим собственным безудержным путем. Она будет постоянно пересиливать человека. Чувство и мышление впадут в полное бессилие; господствующая человеком воля будет погонять им, как рабом. Возникает деспотическая натура, переходящая от одного необузданного поступка к другому. - Второе уклонение возникает тогда, когда таким же безмерным образом освобождается от закономерных уз способность чувства. Личность склонная к почитанию может в таком случае подпасть в безграничную зависимость от других, вплоть до потери всякой собственной воли и мысли. И тогда, вместо высшего познания ее уделом явится самое жалкое опустошение и бессилие. - Или может случиться при таком преобладании чувства, натура, склонная к благоговению и религиозному подъему, впадет в совершенно поглощающую ее религиозную мечтательность. Третье бедственное последствие бывает в том случае, когда пересиливает мышление. Тогда развивается враждебная жизни, замкнутая в себе созерцательность. В глазах таких людей мир имеет значение лишь в той мере, в какой он доставляет им материал для удовлетворения их безгранично возросшей жажды мудрости. Никакая мысль не побуждает их к действию или к чувству. Они выступают во всем, как безучастные, холодные натуры. Они избегают всякого соприкосновения с вещами повседневной действительности, как чего-то вызывающего в них отвращение или, по крайней мере, потерявшего для них всякое значение.


Таковы три ложных направления на которые может вступить духовный ученик: деспотизм, расплывчатая чувствительность и холодное, бессердечное стремление к мудрости. Для внешнего наблюдения - а также и для материалистической школьной медицины - образ такого ученика, вступившего на неправильный путь, немногим отличается, особенно по степени, от сумасшедшего или, по крайней мере, тяжелого "нервнобольного". - Отсюда ясно, какое большое значение должно предавать духовное обучение тому, чтобы три основных душевных силы прошли у человека сперва через гармоническое развитие, после которого они уже могут быть освобождены от присущей им связи и подчинены пробужденному высшему сознанию. - Ибо если бы была допущена какая-нибудь ошибка и одна из основных сил получила безудержное развитие, тогда рождение высшей души проявится неправильно. Необузданная сила заполнит тогда всю личность человека; и надолго придется оставить всякую мысль о том, чтобы снова все пришло в равновесие. Какая-нибудь черта характера, представляющаяся совершенно невинной, пока человек не проходит духовного ученичества - будет ли он с натурой с преобладанием воли, чувства или мышления, - усиливается у духовного ученика в таком размере, что перед этой чертой может совершенно исчезнуть необходимый для жизни момент общечеловеческого. - Однако, действительно серьезной опасностью это становится лишь тогда, когда ученик достигает способности сохранять во время бодрствования то, что было пережито его сознанием во время сна. Пока дело ограничивается одним просветлением некоторых промежутков сна, до тех пор чувственная жизнь, управляемая мировыми законами, продолжает действовать во время бодрствования восстанавливающим образом на нарушенное равновесие души. Поэтому так необходимо, чтобы бодрственная жизнь духовного ученика во всех отношениях была правильной и оздоровительной. Чем больше он отвечает всем требованиям, которые внешний мир предъявляет к здоровому, сильному строению тела, души и духа, тем лучше для него. И напротив, если бы повседневная бодрственная жизнь действовала на него чрезмерно волнующим или изнуряющим образом и если бы к происходящим внутри его великим переменам присоединились еще какие-нибудь разрушительные или тормозящие влияния внешней жизни, то это было бы для него пагубным. Он должен искать всего, что отвечает его силам и способностям и вводит его в спокойную жизнь, в гармонии с окружающей его средой. И он должен избегать всего, что приносит ущерб этой гармонии и вносит в его жизнь беспокойство и торопливость. При этом дело идет не столько о том, чтобы внешне отделаться от этого беспокойства и торопливости, как о том, чтобы охранить свое настроение, свои намерения и мысли, а также и телесное здоровье от постоянных колебаний вследствие этих неблагоприятных условий. - Все это дается человеку во время его духовного ученичества не так легко, как прежде. Ибо высшие переживания начинают теперь вторгаться в его жизнь и действуют непрерывно на все его бытие. Если в этих высших переживаниях что-нибудь не в порядке, то его неизбежно будут подстерегать всякие неправильности, готовые при каждой случайности столкнуть его с правильного пути. Поэтому духовный ученик не должен упускать из виду никакого случая, могущего обеспечить ему постоянное господство над всем его существом; он никогда не должен терять присутствия духа или способности спокойно обозревать все встречающиеся ему жизненные положения. Впрочем, настоящее духовное обучение, в сущности, само собой создает в нем все эти свойства. И во время этого обучения человек знакомится с опасностями только тогда, когда им одновременно уже бывает достигнута полная сила, чтобы в нужное мгновение устранить их со своего пути.





Назад       Далее      

  Рейтинг SunHome.ru