RUDOLF-STEINER.RU

Библиотека
антропософского движения
   
Главная

Каталог ПCC Р. Штейнера (GA)

Драмы-Мистерии GA_014

3. Страж Порога

Постановка Драм-Мистерий в Гётеануме (фото)

КАРТИНА     ТРЕТЬЯ

Царство Люцифера. Пространство, окаймленное не искусственными стенами, а фантастическими формами, напоминающими растения и животных. Слева трон Люцифера. Сперва присутствуют: Душа Капезия и Мария. Немного погодя появляется Люцифер, потом Бенедикт, Томазий со своим эфирным Двойником и  Теодора.

Мария

О ты, который в царстве чувств земных
Капезием зовешься! Почему
Должна была тебя я первым встретить
Тут, в царстве Люцифера? Пребывать
На этом месте ведь не безопасно.

Капезий

Мне о Капезий не говори!
В земном существовании влачил
Он жизнь, в которой ныне только сон
Он видеть должен. Направлял он ум
На те событья, что в веках былых
Свершились. Так хотел открыть он силы,
Что человечеством в бытии земном
И в творчестве духовном управляют.
Что узнавал он о подобных силах,
Он сохранить в душе своей пытался.
Отсюда можно созерцать те знания,
Что он тогда лелеял.
Он мнил, что образами обладает,
Которые действительность являют;

Но если их отсюда созерцать,
Тогда они —лишь сны, что в человека
Земнорожденного вложили духи.
Они действительности не выносят.
И страхом были бы поражены,
Когда узнали бы они, как духи
Судьбою мировою управляют.

Мария

Ты говоришь, как говорят созданья,
Что никогда еще не воплощались.
Для них земля значенья не имеет
И кажется неважной для миров.
Но тот, кто сам к земле принадлежит
И благодарен за ее дары,
Совсем иначе должен рассуждать:
Значительными он считает нити,
Что землю со вселенною связуют.

И Люцифер, властитель этих мест, —
И он на землю взор свой устремляет,
Чтоб управлять деяньями людскими
И собирать плоды деяний этих.
Он знает, что во тьме бы очутился,
Коль на земле бы не нашел добычи.
Его судьба зависит от земли.
Так и с другими существами мира.

И если в образах душа людская
Зрит то, к чему стремится Люцифер,
И сравнивает это с волей духов,
С которыми враждует светоносец,
Тогда ей ясно, что она его
Лишь губит, если следует за ним.

Капезий

Тот человек, с которым говоришь ты,
Страшится тех часов, что принуждают
Быть во плоти, что на земле живет
И сохранила облик свой земной,
Хоть ею уж не управляет дух.
Он чувствует в подобные часы,
Что рушатся любимые миры.
И мнится, что в темнице тесной он,
Небытием объятый, заключен.
И память обо всем, чем он живет,
Совсем в нем погашается тогда.
И хоть людей почувствовать он может,
Но их бесед не понимает он;
Лишь редкие слова ему понятны,
Что выделяются тогда из речи.
О том они ему напоминают,
Что видит он в духовных областях.
И в теле, и вне тела он тогда,
И плотской жизни он тогда боится,
Когда ее отсюда лицезрит.
И жаждет он мгновенья, что его
Избавит от телесности совсем.

Мария

Но телу, в коем действует душа,
Дана возможность в образах прекрасных
Воссоздавать божественные царства.
И эти образы хоть и живут
Подобно призракам в душе людской,
Но семена в них все-таки таятся,
Что цвет и плод свой принесут в грядущем.
Так человек богам чрез тело служит.
И подлинной душевной жизни цель
Достигнет он тогда лишь, если в теле
Он "Я" свое вполне переживет.

Капезий

Ты так не говори перед созданьем,
Что ныне видишь ты в духовном царстве,
А на земле Капезием зовешь.
Готов бежать он от речей твоих, —
Так жгут они его!

Мария

Так, значит, смысл
Бытия земного ненавидишь ты?
Как можешь пребывать ты в царстве этом,
Когда моей ты так страшишься речи?
Сюда никто не может ведь проникнуть,
Не испытавши правды этих слов.

Капезий

Твой собеседник уж не раз стоял
Пред Люцифером, царствующим здесь.
И показать ему сумел последний,
Что в областях, где служат все ему,
Лишь вредны человеческие души,
С сознаньем применяющие силы,
Что им дают земные их тела.
Но если бессознательно душа
Телесное влачит существованье
И все же ясновиденье имеет,
То учится она у Люцифера
И повредить она ему не может.

Мария

Я знаю, что в духовных этих царствах
Не слово наставляет, а глаза.

То, что я вижу в настоящий миг
Благодаря явленью твоему,
Моей душе продвинуться поможет
На духоученичества пути.

Капезий

Но здесь не только учится душа;
Она и долг свой может здесь узнать.
Ты говорила с существом душевным,
Что на земле Капезием зовут.
Прозренье, в прежние существованья
Тебе дарованное, говорит,
Что ты кармически его должница.

А потому проси у Люцифера,
Чтоб светоносец горний на земле
Капезия под твою защиту отдал.
При мудрости своей легко узришь ты,
Что сделать для него, дабы с тобой
В грядущей жизни повстречался он,
И ты смогла б вину свою загладить.

Мария

Возможно ль! Долг, столь для меня священный, —
Исполнить при посредстве Люцифера?!

Капезий

Исполнить долг захочешь несомненно.
Без Люцифера он неисполним.
Но вот грядет и сам он, светоносец.

(Появляется Люцифер и во время его речи — Бенедикт.)

Люцифер

У моего, Мария, трона просишь
Самопознания для человека,
С которым ты в краю земном близка,
Чтоб, созерцая существо мое,
Он самого себя постигнул в правде.

И без тебя он сделать это сможет.

Как смеешь думать, что тебе позволю
То, что достичь для друга хочешь ты?
Ведь ты же — ученица Бенедикта!
Он на земле — могучий мой противник.
И верно служит он врагам моим.
И многое уж от меня он отнял.

Но от него избавился Иоанн,
Признав меня водителем своим.
Еще меня он в истине не видит,
Затем, что не вполне еще прозрел;
Но обретет через меня он зренье
И будет мне принадлежать совсем.

Тебе ж повелеваю я — ни слова
Не говорить при мне об Иоанне,
Пока стоишь пред троном ты моим:
Меня могли б обжечь слова такие.
На месте этом ведь слова — деянья,
И новые деянья порождают.
Но что возникло бы из слов твоих —
Быть не должно!

Бенедикт

И все ж ты их услышишь,
Затем, что там, где действенны слова,
Из прежних дел рождаются они.

Свершилось то, чем ты уж побежден.
Как ученица мне верна Мария.
На ту ступень я смог ее поднять,
Где свой духовный долг она познала
И где она его исполнить сможет.
И выполненье долга сможет дать
И духу Иоанна исцеленье,
И власть твою тогда и он отвергнет.
Обет священный, что в свершеньях мира
Целебные будить способен силы,
В душе своей Мария соблюла.

Об этом ты сейчас в словах услышишь.

Но если ты сияние ослабишь,
Что для борьбы и для завоеванья
Волшебную тебе дарует власть,
Мыслительными силами, тогда
Целебные узришь ты излученья.
Со временем они усилятся настолько,
Что втянут будет их любовной силой
В их сферу Иоанн.

Мария

Сейчас Иоанна
Мы здесь увидим. Только к форме той,
Что знают люди, присоединится
То существо, с которым человек
Соединен как с двойником своим.
Когда бы Иоанн тебя таким лишь ведал,
Каким являешься для глаз земных,
Тогда бы приобрел не все он силы,
Что для развития душе его нужны.
И должен дать сейчас ты двойнику
Все, что ему понадобиться может
На том пути, что я предукажу.

Люцифер

Так, значит, он сюда явиться должен.
И вашу власть уж чувствую и я —
Спокон веков враждебна мне она.

(С разных сторон появляются Иоанн Томазий и его эфирный Двойник.)

Томазий

Являлся ты до сей поры мне так,
О мой двойник, что должен был пугаться
Я самого себя. Хоть понимаю
Тебя я мало, но известно мне,
Что управляешь ты душой моей.
Ты, ты моей препятствуешь свободе.
Ты, ты причина, что еще не знаю,
Каков я в истине! Но я тебе
Дам высказаться перед Люцифером,
Чтоб видеть, что я сделаю в грядущем.

Двойник Томазия

Неоднократно Иоанну я
Являлся и давал самопознанье.
Но действовал лишь в глубине душевной,
Сокрытой от познания его.
Давно уж в нем та жизнь, что мне присуща,
Большие измененья претерпела.

Был Иоанн с Марией раньше связан
И думал, что он связан с нею в Духе.
Я показал ему, что только страсть
В действительности им руководила.
Лишь как упрек понять он это смог.
Но ты сумел, великий светоносец,
Так чувственность направить, чтоб служила
Духовности она. И разлучиться
Пришлось с Марией Иоанну в жизни.

И строгой мысли он с тех пор отдался;
В ней — силы, очищающие душу.
И чистая струя его мышленья
Влилась в меня, меня преобразила.
В себе его я чую чистоту.
И пусть он не боится, коль теперь
К Марии вновь он будет привлечен.

Но он еще принадлежит тебе;
Его назад я ныне призываю.
Переживать меня он сможет ныне,
Хоть этого и не желаешь ты.

И нужно, чтобы я к его мышленью
Душевное тепло и силы сердца
Из собственного существа привнес:
Пусть вновь найдет в себе он человека.

Люцифер

Желаешь ты добра, но не могу
Я разрешить тебе твоих желаний.
Когда б тебя я возвратил Иоанну
Таким, как много лет тому назад
Являлся ты перед его душой,
Любовь свою он подарил бы ныне
Мышленью лишь и хладному Познанью.
И теплое его самобытие
Бесчувственным и мертвенным бы стало.
Таким его я видеть не желаю.
Нет! Своеволье личности должно
В его переживаньи утвердиться.
Преобразить тебя я должен, если
Хочу ему успеха и спасенья.

Уже давно все то подготовлял я,
Что на тебе откроется сейчас.
И ты иным проявишься в грядущем.
Марию Иоанн любить не будет,
Как в прошлом он любить ее желал.

Но столь же страстно будет он любить,
И столь же сильно, как любил Марию.

Бенедикт

Так достиженья наши хочешь ты
Употребить теперь себе на пользу!

В минувшем силой сердца ты связал
С собою Иоанна; но ты зришь,
Что скоро связь ты должен закрепить,
Коль сохранить себе его желаешь.
В нем сердце Духу хочет подчиниться.
И в случае удачи, весь тот труд,
Что совершил он на земле, в грядущем
Достанется тем силам во владенье,
С которыми сражался ты всегда.

И если сможешь ты любовь Иоанна,
Марии посвященную досель,
В те страсти превратить своим лукавством,
Что для себя использовать решил,
То все добро, свершенное им в жизни,
Во зло в мирах духовных превратится.

Мария

Так, значит, есть спасенье? И Иоанну
Не суждено во власть отдаться силам,
Что труд его завоевать желают?

Бенедикт

Да, так случилось бы, когда б остались силы
Такими, как до сей поры являлись.
Но если в должный час своей ты клятве
В душе своей позволишь прозвучать,
То силы направление изменят.

Люцифер

Так действуй же, насилье!
Стихийные почуйте духи,
Веленье Люцифера!

Готовьте пути,
Чтоб в Люцифера край
Из сфер земных
Могло бы возойти
Что желанно мне,
И что покорно мне!

Теодора (появляется)

Кто в этот край чужой меня зовет?
Люблю я лишь, когда с любовью боги
Душе моей себя явить желают,
И теплота мне сердце наполняет,
И изнутри доносятся слова.

Двойник Томазия

О, как меня всего меняешь ты!
Явилась ты, и лишь одной тобой
Исполненный я действовать могу.
Через меня Иоанн тебе отдастся.
Всю ту любовь, которою к Марии
С такою силой раньше он пылал, —
Всю ту любовь подарит он тебе!
Он знал тебя давно, но он не чуял,
Что уж тогда души его глубины
Теплом любовным тайно оживлялись.
Но в нем теперь подымется любовь,
И будет так он ею преисполнен,
Что на тебя все помыслы направит.

Бенедикт

Для нас уж наступает должный миг.
Уж Люцифер всю силу напрягает.
Мария! Ученичество свое
Должна ему ты противопоставить!

Мария

Ты свет несешь, но свет, который хочет
Любовь своекорыстную возжечь.
В столетьях давних людям слабосильным
Ты даровал запретное познанье —
В те времена, когда велели боги
Их воле бессознательно служить.
С тех пор людские души — лишь арена,
На коей бой с богами ты ведешь.
Но близятся уж сроки, что несут
Тебе и царству твоему погибель.
Мыслитель смелый знание людское
Освободил от твоего влиянья.
И сможет знание богам служить.
Но хочешь вновь ты овладеть той силой,
Что для себя предназначали боги.
И так как знанья плод, которым ты
Однажды искусил людей, деяньем
Иоанна отнят ныне у тебя,
Ты хочешь искусить его любовью,
Что по предначертанию судьбы
Он к Теодоре чувствовать не смеет.

Любовью хочешь с мудростью бороться,
Как мудростью с любовью ты боролся.

Так знай же: сердцу, что теперь Мария
Противопоставляет здесь тебе,
Способность ученичество дало
Любовь своекорыстную от знанья
Держать вдали. Уж никогда в грядущем
Я не хочу испытывать блаженства,
Что чувствуют, когда идея зреет.
Отдать служенью сердце я желаю.
Пусть дух мой мыслит только, чтобы, мысля,
Плодами знанья жертвовать для Бога.
Мне жертвоприношеньем будет мысль.

И что я так в себе самой взлелею,
Пусть мощно в Иоанна перельется.
И если часто будут в нем звучать
Слова, что от тебя проистекают:
О  человек, в  любви  найди  ты  силу,
Чтоб  своеволье  утверждать  своё, —
Тогда ответ в моем раздастся сердце:
"Ты некогда, в начале дней земных
Услышан был, явив плоды познанья,
Но добывать лишь с родины богов
Плоды любви должны отныне люди".

Люцифер

Бороться буду!

Бенедикт

Служа богам борьбою.

Занавес.

*** Постановка в Гётеануме: см. фото ***



Назад       Далее      

  Рейтинг SunHome.ru