RUDOLF-STEINER.RU

Библиотека
антропософского движения
   
Главная

Каталог ПCC Р. Штейнера (GA)

Драмы-Мистерии GA_014

3. Страж Порога

Постановка Драм-Мистерий в Гётеануме (фото)

КАРТИНА     СЕДЬМАЯ

Фантастический ландшафт. Величественное соединение бурлящих вод, из которых возникают формы  с огненными языками.  В середине, между огнем и водой, пещера, из которой пышет  пламя; она образует как бы ворота, сквозь которые видны  горные массивы, состоящие из огня и воды.

Страж, Томазий, Мария, потом Люцифер, потом  Другая Филия.

Страж Порога

Желанья жадные доносятся сюда.
Так рвутся души, что ко мне подходят,
Пока они еще терпенья не имеют.
Таких существ алчба сюда приводит,
Не сила, что способна говорить
Затем, что создала себя молчаньем.
Но души, что ведут себя так шумно,
Назад на землю отправлять я должен:
Одно смятенье лишь в духовный мир
Они вносить способны, разрушая
Властей вселенских мудрые почины.
Да и себе самим вредны они.
Погибельные силы вызывают
Они в себе, а мнят, что созидают,
Затем что ложь за правду принимают,
Коль их не защищает мрак земной.

(Появляются Томазий и  Мария.)

Томазий

Не ту ты душу видишь на пороге,
Которая в Иоанне, Бенедикта
Ученике, с тобой встречалась часто,
Хоть Иоанна облик на земле
Назвать своим она еще должна.
Исполнен жажды он к тебе пришел.
Но близости твоей не перенес он
И спрятался он в самого себя,
Почувствовав тебя; так созерцал
Он царства, что всего бытия источник
И мира смысл как будто выявляли.
Блаженство знания он в них нашел,
А также силы, давшие возможность
И дух, и руку по следам творенья
Направить так, что он и вправду думал,
Что обитают силы мира в нем
И закрепляют в образах себя.
Но он не знал, что все, что в нем жило,
Что все, о чем он мыслил, созидая, —
Его душевным было содержаньем.
И, как паук, себя воткавший в сеть,
В себе самом он создал мир особый.

Он думал раньше, что пред ним Мария
Присутствует духовно; но он видел
Лишь образ, что в душе его она
Запечатлела. И являлся образ
Ему как Дух. Когда ж он на мгновенье
И впрямь себя в своей увидел сути,
Тогда бежать он от себя задумал.
Он верил, что он дух, и вдруг нашел
Себя в своей же собственной крови.
И крови власть познать ему пришлось:
Она — реальность, все другое — призрак.
Через нее он ясновидцем стал.
Учился у нее. Она открыла,
Кто был его отцом и кто сестрою
Во времена давно минувших лет.
Так к родственникам кровь его влекла.

И он познал, как может ошибаться
Душа, когда от вещества стремится
К мирам духовным тщетно воспарить.
Еще прочней ее стремленье это
Связует с веществом, чем мир дневной,
Переживаемый как бы во сне.
И вот, когда в подобном состоянье
Себя увидел Иоанн Томазий,
Он власти той отдался, что ему
Являлась без обмана, хоть она
Лишь внешний вид являла; он познал,
Что Люцифер реален и тогда,
Когда себя лишь в образе явит.

Всегда правдивы боги для людей;
Но остается Люцифер собой
Хоть в правде, хоть во лжи он явлен людям.
И потому переживать смогу
Я полную действительность, когда я
Найду ту душу, что со мною он
В владениях своих соединил.
Той силою, что дал мне Люцифер,
Вооруженный, через твой порог,
Тебя минуя, к Теодоре я
Пройду в потусторонние края.

Страж Порога

Подумай-ка, Томазий. Разве ты
Знаком со всем, что за порогом, здесь
Возможно пережить? Доверься мне:
И требованья выполни мои
Пред тем, как впущен будешь ты сюда.

От многого ты отказаться должен,
Что приобрел себе в земном ты теле.
И сохранить ты сможешь только то,
Что ты в стремленье чистом приобрел
И что поныне чистым сохранил.
Но ты ведь сам от этого отрекся
И во владенье Ариману отдал.

А все, что сохранил ты, Люцифер
Тебе испортил для миров духовных.
Все это отниму я на пороге,
Коль ты его как должно перейдешь.
И так ни с чем останешься. Лишь тенью
Окажешься, когда очнешься в Духе.

Томазий

Но все ж останусь я и Теодору
Найду, а с ней источник света тот,
Что для нее и без земного знанья
Обильно из духовных недр течет.
Довольно мне! И ты напрасно будешь
Противиться, хотя, возможно, власть,
Которой сам я на земле добился,
Противоречит требованьям тем,
Которые ты предъявляешь мне.

Мария

Ты, на пороге этих царств стоящий,
Ведь знаешь ты уж испокон веков,
Что нужно существам, принадлежащим
К твоей природе и к твоей эпохе,
А также людям, что тебя встречают.
Когда они сюда приходят сами
И истинной духовности не явят, —
Должны они на землю возвратиться.
Но этот человек привел с собой
Другую душу к твоему порогу,
С которой он соединен судьбой.

Ты по велению высоких духов
Задерживаешь на пороге многих,
Что приближаются к твоим вратам.
Они себя бы сами погубили,
Когда бы чрез порог переступили.
Но вход открыть ты вправе перед теми,
Что по природе собственной своей
В духовном царстве к той любви стремятся,
И той любовью проникаться могут,
Что Богом им предопределена
Пред тем, как Люцифер бороться стал.

У трона Люцифера поклялась
Я так служить любви в летах грядущих,
Чтоб ей уж не вредили знанья те,
Что Люцифер в людские души льет.
Всегда должны иметься в мире люди,
Которые любовь богов приемлют
С такою же горячностью, как встарь
Внушенье Люцифера принимали.

Пусть для меня уж больше Иоанн
Того уразуменья не имеет,
Каким он отличался в прежней жизни,
Когда ему открыла я все то,
Что из Гибернии святилищ древних
Узнала я о Боге, что живет
В душе людской и одержал победу
Над смертью, оттого что жил любовью.
Мой друг в духовном царстве сможет снова
Услышать из души моей то слово,
Которое иллюзией своей
В нем заглушил коварный Люцифер.

Томазий (как бы созерцая духовно какое-то существо)

Достойного, Мария, старца там,
В одежде долгополой, видишь ли?
Высокое чело и взор сияют.
По улицам идет он, что толпою
Наполнены, и все благоговейно
Ему дорогу уступают, чтобы он
Мог путь свой продолжать и чтоб его
Раздумия ничем не прерывались.
И можно видеть, как в самом себе
Глубокую лелеет думу он.
Ты видишь ли его?

Мария

Он видим мне,
Когда гляжу души твоей очами.
Но в этот час он хочет лишь тебе
Явить себя в видении духовном.

Томазий

Ему я в душу заглянуть могу.
В душе его живут воспоминанья
О том, что он услышал незадолго.
Стоит мудрец перед его очами,
И он припоминает те слова,
Что от него слыхал. Он от него
Идет. Питая мысль из всех истоков
Бытия, он видит, как в былых веках
Духовным зреньем люди обладали,
Хоть смутной жизнь душевная была.
И мысли он в душе восстановляет,
Что от высокого учителя он слышал.
Но вот исчез он с глаз моих душевных.
О, если б мне опять его увидеть!

Мужские голоса в толпе я слышу,
И их словам внимаю. С уваженьем
Беседуют они об этом старце.

Был в юности он воином отважным,
В его душе пылало честолюбье
И жажда славы. Он стремился первым
Воителем в рядах своих прослыть.
И без числа жестокостей свершил он
В сражениях. И все блистать старался.
И временами проливал обильно
Он в битвах человеческую кровь.
Но вот настали времена, когда
Военное он счастье потерял.
С позором он с войны домой вернулся,
На родину; и там насмешек град
Он претерпел. И ненавистью он
Исполнился душою, что еще
По-прежнему была честолюбива.
И видел он в сородичах своих —
Врагов, которых истребить он жаждал,
Когда ему представится лишь случай.

Но так как вскоре гордою душой
Он понял, что возмездья над врагами
Он в этой жизни совершить не сможет,
Он самого себя преодолел.
И победил он гордость и тщеславье.
Уж старцем будучи, решился он
Примкнуть к кружку духовному, который
В том городе тогда образовался.
Руководитель этого кружка
Сумел скопить в душе своей всю мудрость,
Что от учителей времен минувших
Передавалась посвященным лишь.
Молву такую слышу я в народе.

Я чувствую горячую любовь,
Когда душой я старца созерцаю,
Что, после всех побед своих во имя
Стремленья к славе, одержал победу
Труднейшую: победу над собой.

О, почему я зрю на этом месте
Того, кому я предан всей душою,
Хотя его лишь в образе я зрю?
Те чувства, что во мне он вызывает,
В одно мгновение не создаются.
Был в прежней жизни я соединен
С душой, которую люблю столь сильно.
Не мог бы сам в себе я вызвать чувства,
Что так могущественны, как любовь,
Которую я ныне ощущаю.

То — память о минувших временах!

Рождает память чувства те в душе,
Хоть их объять мышленьем не могу.
Должно быть, был его учеником
Я раньше и пред ним благоговел.
О, как хочу я ту земную душу,
Что раньше этим телом обладала,
Перед собою вновь сейчас увидеть,
В каких мирах она бы ни была!
Ей доказать любовь свою я должен!
Пусть обновит она благие силы,
Что некогда людей соединяли.

Мария

Ты, значит, Иоанн, уверен,
Что и теперь душа его стоит
На высоте, которую она
В те древние стяжала времена,
Которые ты только что увидел?

А если ею чувства овладели,
Которые былого недостойны?

Столь много на земле людей, которым
Пришлось бы со стыда сгореть, увидев,
Сколь мало соответствуют они
Той жизни, что в былом они вели.

А если этот старец одержим
Теперь страстями, и с глубокой скорбью
И со стыдом ты на него взирал бы?

Томазий

Зачем, Мария, говоришь ты это?
О, что ты хочешь этим мне сказать?
Ведь здесь иначе двигается мысль,
Чем в тех местах, где мы привыкли быть.

Страж Порога

О Иоанн, что здесь ты созерцаешь,
То для души твоей да будет испытаньем.
Вглядись, вглядись в души своей глубины!
Ты это можешь, но не хочешь знать.
Вот, что таилось в глубине твоей,
Покуда жил ты в слепоте душевной!

(Появляется Люцифер.)

И это знанье для тебя рассеет
Тот мрак, которым защищен ты был.
Узнай же человека ты того,
К которому любовью воспылал,
Того, кто в теле старца обитал.
Узнай, кому любовь желаешь подарить!

Люцифер

О, погрузись в души своей глубины!
Познай ее могущество и силу
И выучись, как в равновесьи с миром
Тебя любовь могла бы удержать!

Томазий

О да! Теперь почувствовал я душу,
Явившуюся мне! То — Теодора!
Она сама раскрыться мне решилась
Лишь потому, что я ее увижу,
Когда раскроют для меня врата.
Да! Вправе я любить ее! Она
В такой явилась оболочке мне,
Что должен буду я ее любить.
Я только в ней найти себя желаю,
И в ней грядущий свет себе стяжаю!

Страж Порога

Я должного тебе не запрещу.
Уж в образе ты душу ту увидел,
Что любишь больше всех. Ее узришь ты,
Когда ты переступишь чрез порог.

Переживи ее ты, и узнай,
Насколько отвечает явь мечтам.

Другая Филия

Ты Стража строгого не слушай!
В пустыню жизни он уводит.
Тепло души он похищает.
Он только духов созерцает
И тех скорбей не знает,
Что переносят души,
Когда земная их любовь
От стужи защищает.
Усвоил строгость он
И милость он отверг.
Желаний силы
С начала дней
Возненавидел он.

Занавес.



Назад       Далее      

  Рейтинг SunHome.ru