Лекция 3. Материализм XIX столетия. Истинные корни атомизма.

RUDOLF-STEINER.RU

Библиотека
антропософского движения
   
Главная

Каталог ПCC Р. Штейнера (GA)

Оккультное движение в XIX веке и его отношение к мировой культуре. GA_254

Лекция 3. Материализм XIX столетия. Истинные корни атомизма.

 ТРЕТЬЯ ЛЕКЦИЯ


 Дорнах, 16 октября 1915 г.


Мне хотелось бы сегодня — поскольку нам предстоит обсудить еще и другие вещи — включить в наше рассмотрение краткий эпизод, связанный с тем, чем мы занимались в предыдущие дни. А завтра мы более подробно займемся оккультным движением XIX века и его отношением к мировой культуре. Но мне хотелось бы внести в наше рассмотрение одну важную вещь. Если вы припомните различные рассуждения, которыми мы здесь занимались, а именно, отдельные замечания, сделанные мной в связи с брошюрой г-на фон Врангеля "Наука и Теософия" (я должен это повторить, потому что это важно подчеркнуть), то вы увидите, что необходимо было, как раз с точки зрения нашей духовной науки, приписать огромное значение появлению материализма, материалистического мировоззрения в XIX столетии и занять по отношению к нему не просто критическую позицию.


Критиковать какой-нибудь предмет—это самое легкое. Надо занять такую позицию, когда станет понятно, что именно в XIX веке то течение, которое можно назвать материалистическим мировоззрением, должно было вступить в развитие человечества. Мы его достаточно полно охарактеризовали. Мы можем для начала выделить две точки зрения, благодаря которым можно уяснить себе все значение материалистического мировоззрения.


Собственно, та форма, в которой выступил материализм XIX века в качестве мировоззрения, дотоле не существовала. Верно, что имелись отдельные материалистические философы, такие, как Демокрит и другие — вы можете об этом прочитать в "Загадках философии", — бывшие в некотором роде предтечами этого материализма как теории. Но когда мы их мировоззрение, каким оно было на самом деле, сравниваем с тем, что является материализмом XIX столетия, мы должны сказать: та форма, которую приняло материалистическое мировоззрение в XIX веке, ранее не существовала. Тем более она не могла существовать, скажем, в Средневековье или в те столетия, которые предшествовали заре современной духовной жизни. Ее не могло существовать, ибо люди имели в душе еще великое множество связей с импульсами духовного мира. Представлять себе, что весь мир есть не что иное, как сумма движущихся в пространстве атомов, которые объединяются в молекулы, а из них происходят все явления жизни и духа, — такое впервые появилось только в XIX веке.


А теперь можно сказать: всегда имеется путеводная нить, которая может вывести из наихудшего мировоззрения. И когда следуют за этой путеводной нитью, проходящей через все этапы развития человечества, то благодаря этой путеводной нити можно по меньшей мере усмотреть невозможность материалистического мировоззрения. И эта путеводная нить состоит просто в том факте, что человек должен мыслить. Именно без мышления невозможно прийти к чисто материалистическому мировоззрению. Ведь человек сам себе придумал это материалистическое мировоззрение! Только погрузившись в это материалистическое мировоззрение, человек забывает применять самопознание — именно, чуточку самопознания: ты ведь мыслишь, а атомы мыслить не могут. Когда человек применяет эту малую толику самопознания, он имеет то, чего ему следует придерживаться. И если человек этого придерживается, он постоянно будет находить, что с материализмом что-то неладно.


Но чтобы по-настоящему обнаружить, что с материализмом что-то неладно, он должен быть сначала выработан в его собственном облике. Подумайте только, пока человек располагает только искаженным образом материализма — образом, в который привнесены еще духовные импульсы, — до тех пор можно еще и в природных явлениях и так далее улавливать фрагменты духа. Только тогда, когда дух отброшен полностью — благодаря духу, ибо мышление доступно только духу, — только тогда, когда благодаря духу всякий дух отброшен из картины мира, только тогда может вся тупиковость материалистического мировоззрения выступить в полную силу. Однажды человек должен встретить лицом к лицу эту тотальную тупиковость материалистической картины мира. Без этого невозможно продвинуться дальше. Но если мы хотя бы чуточку обратимся к самопониманию в отношении мышления, мы должны себе сказать: один раз в ходе развития вся тупиковость материализма должна предстать человеку, чтобы он знал, что за этим кроется.


Этим обозначена одна точка зрения. Но для правильного понимания нужно подойти к предмету еще и с другой стороны. И чтобы подойти с другой стороны, вглядитесь: материалистическая картина мира — пространство — в пространстве атомы, которые находятся в движении, — это вселенная. Все это, в сущности, только внешний результат причинно-следственного ряда, слепая работа однобокой реальности пространства и движущихся в нем атомов, то есть тех мельчайших частиц, в отношении которых уже в предыдущих лекциях было показано, что мышлению противно их существование. И, тем не менее, человек все снова возвращается к этим атомам. Как же их, собственно, находят? Как приходят к признанию атомизма?


Атомов никто не видел, потому что они выдуманы, они просто выдуманы. Так что нужен был повод, отстранившись от действительности, выдумать себе атомистический мир. Должна была быть какая-то причина, что-то должно принуждать выдумывать этот атомистический мир. Поистине сама природа не ведет человека ни к каким атомистическим представлениям. Можно как раз с физиками поговорить на эту тему — я имею в виду не выдуманный случай, а то, что происходило со мной в такого рода реальном разговоре, — поскольку физик знает фасад своей науки. Он бы не мог попасть в сети атомизма! И надо сказать, что фактически передовые физики уже в 80-е годы пришли к этому: атомизм был только условностью, рабочей гипотезой, которая нужна была в качестве аббревиатуры, как бы разменной монеты, но было ясно, что в ней не заключено ничего реального. Мыслящие физики охотнее всего оставались бы при том, что воспринимается внешними чувствами. Но они все снова и снова попадались на атомизме, как мышь на сыре.


Если вы проследите то, что нами изучалось годами — об этих вещах уже достаточно часто говорилось, начиная с мюнхенских лекций о "Теософии розенкрейцера", — то вы увидите, что зачаток физического тела был заложен уже на старом Сатурне, что затем человек прошел через солнечное и лунное развитие и тогда, в древнее лунное время, включил свой организм — в то, что существовало тогда от его физического организма, — свою нервную систему.


Было бы совершенно ошибочным представлять себе нервную систему человека в древнее лунное время так, как она представляется сегодняшним анатомам и физиологам. Нервная система наличествовала в лунное время, собственно, только как прообраз, как имагинация. Физической же, или, лучше сказать, минеральной, то есть физико-химической, она стала только в земное время. И вся структуризация, имеющаяся в нашем нынешнем теле, есть результат земной организации. В ходе этой земной организации в имагинативные прообразы нашей нервной системы было включено минеральное, то есть материя. И таким образом возникла наша современная нервная система.


Далее, материалист говорит себе: при помощи нервной системы я думаю или воспринимаю. Но мы знаем, что это бессмыслица. Ибо если действительно представить себе этот процесс, то нам надо представить какой-либо нерв, который проходит по организму. Представим себе теперь разные нервы, которые проходят по организму. Они проходят так, что разветвляются как ветви друг из друга. Нерв проходит таким образом, что он имеет единый ствол и затем выпускает ответвления; получается так, что ответвления располагаются недалеко друг от друга, а рядом проходит другой ствол. На рисунке это показано схематически и неточно.


Рис.3

Каким же образом протекает, собственно, душевная жизнь внутри этой нервной системы? Это наипервейший вопрос, который мы должны себе задать. Невозможно получить какое-либо представление о том, как протекает душевная жизнь в рамках нервной системы, если рассматривать только дневное бодрствующее сознание. Но если рассмотреть тот момент, когда человек со своим "Я" и своим астральным телом выныривает из нервной системы — выныривает изо всего тела, а стало быть и из нервной системы, — и особенно тот момент, когда при пробуждении человек снова ныряет в нее, то можно заметить своеобразное явление: во время сна человек, то есть его "Я" и его астральное тело находится вне нервной системы.


Человек снова ныряет в свою нервную систему, он буквально увязает в ней. Сначала человек чувствует себя стоящим извне, а затем как бы излитым в нервную систему. Таким образом, при пробуждении человек особенно заметно ныряет в свою нервную систему.


Процесс пробуждения гораздо сложнее, чем его можно поначалу представить схематически, и, собственно, весь день человек вместе со своей душой пребывает в своем теле таким образом, что своим астральным телом заполняет свое физическое тело, а значит, и нервную систему. Это заполнение выглядит не так, что человек своего рода облаком наполняет физическое тело, но он наполняет его организованно. Когда человек заполняет различные органы, он прошивает как бы чувствующими нитями нервную систему вплоть до самых внешних разветвлений.


Рис.4Прошу вас представить это себе очень живо. Я еще раз нарисую это схематически, но это можно нарисовать так, что получится некоторым образом перевернутое изображение, как бы зеркальный противообраз. Я рисую с внешней стороны, а должен был бы рисовать изнутри. Допустим, это астральное тело, а это тактильные щупальца, которые оно выпускает наружу (красный). То, что я сейчас рисую, — это астральное тело. Здесь определенные тактильные щупальца проникают в нервные стволы. Я нарисую это так.


И то, как на самом деле здесь они ныряют в нервные стволы. Представьте себе, что мой сюртук был бы впереди наглухо зашит и я должен был бы влезать в него руками, как в мешок. И еще представьте себе, что у меня было бы сто рук и мне надо было бы влезть в такой мешок, тогда бы я всей сотней рук натолкнулся бы на вход в рукава. Так и мы ныряем до того места, где заканчивается нервный ствол. Можно проследить, где на физическом теле заканчивается нервный ствол, — до этого места ныряет в него человек. Пока я ныряю, я не чувствую ничего, я начинаю чувствовать, только когда прихожу к тому месту, где пришиты рукава. Точно так же обстоит дело с нервами: мы чувствуем нерв там, где он заканчивается. Там мы пребываем весь день — в этой материи нервов — и постоянно ощупываем кончиками наших нервов. Человек не доводит этого до своего сознания, но, тем не менее, это находит выражение в его сознании против его воли. Когда человек думает — а ведь думает он своим "Я" и своим астральным телом, — то можно сказать: мышление — это такая деятельность, которая вырабатывается здесь, а затем от "Я" и астрального тела переносится на эфирное тело. А от эфирного тела тоже кое-что проникает, по крайней мере, движения этого эфирного тела. Причиной моего сознания является то, что я постоянно моим мышлением прихожу к тому пункту, на который я наталкиваюсь. Я наталкиваюсь на бесконечное множество точек, когда я ныряю, только это не поднимается в сознание. В сознание это может войти, только если сознательно пережить процесс пробуждения: когда человек сознательно пыряет в свою нервную ткань, в свое облачение из нервной субстанции, то он чувствует, что он как бы со всех сторон исколот.


Я как раз некогда знавал весьма любопытного человека, который аномальным образом ввел в свое сознание то, что я мог бы представить так. Этот человек был превосходным математиком, знатоком тогдашнего последнего слова в математике. Естественно, он много занимался дифференциальным и интегральным исчислением. Дифференциал в математике есть нечто атомистическое, бесконечно малая величина. Большего об этом говорить сегодня не будем. И случилось так, что, собственно, не пересекая порога сознания, этот человек ощущал в своем сознании, что он как бы исколот со всех сторон. Если прийти к такому сознанию не на правомерном пути упражнений, как это написано в "Как достигнуть познания высших миров", то могут случиться весьма непривычные вещи. Так, он думал, что он повсюду ощущает дифференциалы, он был переполнен дифференциалами, он всюду чувствовал дифференциалы. Я наполнен дифференциалами, говорил он, я вообще не интеграл. И он доказывал весьма остроумно, что он со всех сторон нашпигован дифференциалами.


Рис.5

Представьте себе как можно ярче эти уколы. Что делает с ними человек, если они не входят в его сознание? Он проецирует их в пространство и наполняет ими пространство — это и есть атомы. Вот истинное происхождение атомизма. То же самое делает человек, когда перед ним стоит зеркало, а он не догадывается, что это зеркало. Вы бы тогда поверили, что там снаружи находится еще одна аудитория. Вот почему человек представляет себе все пространство, наполненным тем, что он в него проецирует. Вся нервная деятельность отражается от предметов, на которые она натыкается, обратно в человека. Но только человек не осознает, на что он натыкается, и поэтому вокруг него все пространство выглядит заполненным атомами. Атомы — это те уколы, переживаемые его нервными окончаниями. Природа никогда не принуждает нас признавать атомы, а вот человеческая природа принуждает. С того момента, когда человек при пробуждении приходит в себя, он погружается в свои низины и ощущает в себе несчетное множество пространственных точек. В этот момент человек находится в точности в том же самом положении, в каком находятся, когда идут навстречу зеркалу, — человек наталкивается на него и тогда узнает, что дальше пройти не может. Что-то похожее происходит при пробуждении. В то самое мгновение, когда человек пробуждается, он наталкивается на свою нервную систему и знает: дальше ходу нет, эту грань ты не можешь перейти. — Итак, вся картина атомов такова, как если бы это была зеркальная стена: в то мгновение, как человек замечает, что дальше хода нет, он понимает, в чем дело.


А  теперь возьмем изречение, принадлежащее Сен-Мартену, которое я уже приводил*. Естествоиспытатель говорит: анализируй явления природы, и ты найдешь мир атомов. Мы знаем, что мир атомов находится не там. Там, поистине, находятся только наши нервные окончания. Что же тогда находится там, где предполагается мир атомов? Там нет ничего! Мы вынуждены застыть перед зеркалом, то есть остаться при нервных окончаниях. Ведь там находится человек, а человек и есть зеркальный аппарат. Если не способны познать, что человек это зеркальный аппарат, то предполагают за ним разные материи: таково материалистическое мировоззрение, а на самом деле, там нужно искать человека. Но это не получится, когда говорят: анализируй природные явления, ибо это ведь приводит к атомизму. Человеку нужно сказать: попробуй вырваться из чистой иллюзии! Таким образом, человек должен сказать: попробуй развеять морок! В этом случае уже не скажешь: и ты найдешь мир атомов. Придется сказать: ты найдешь человека! А теперь припомните то, что в качестве некоего пророчества, сам полностью его не понимая, изрек Сен-Мартен в том речении, которое я вам тогда привел: "Развейте материальное, и откроется человек". Это тот же самый тезис, в точности тот же самый, но понят он может быть впервые только с помощью рассмотрения, которое мы провели.


[* Из "Нового человека". Париж, 1792 г. (глава 28 стр. 155). Далее — лекция от 19 сентября 1915 г. в Дорнахе (см.: "Ценность мышления для удовлетворительного познания. Отношение духовной науки к естествознанию". GA 164).]


Вы видите, что, соединяя нашу духовную науку с естествознанием и его ошибками, мы таким образом выполняем некую программу, заложенную с тех пор, как существует человечество, в тоске человека, предчувствовавшего невозможность современного материалистического мировоззрения. Именно это бесконечно важно, это потом переходит в поступки человека, когда видят всё своеобразие нашего мировоззрения: духовная наука возикла потому, что она утоляет жажду тех, у кого есть чувство истины, дабы было явлено истинное, — ибо она и только она может принести человечеству то, в чем оно нуждается в новое время.


Завтра я покажу вам, почему именно должно возникнуть заблуждение— вроде того пробного камня, каковым был спиритизм в XIX столетии. Как я вам уже многократно показывал, в спиритизме имеют дело с внушениями, исходящими от живых людей, а люди верили, что имеют дело с влияниями со стороны умерших. Последние достижимы только тогда, когда восходят к той части психического состава человека, которая может быть извлечена из физического тела. Все, что человек переживает между смертью и новым рождением, может быть возвещено только через то, что переживают вне физического тела; так что для этого нельзя употреблять медиумов в буквальном смысле этого слова. Об этом дальше — завтра. И мы поговорим также о жизни между смертью и новым рождением, о чем я в одном из последних рассмотрений уже кое-что рассказывал, но к этому надо еще кое-что прибавить.




Назад       Далее      

  Рейтинг SunHome.ru